Юрий Басин (yuri4z5lf) wrote,
Юрий Басин
yuri4z5lf

Categories:

Как меня выгнали из военно-морского училища

      Я нашёл на сайте Каспийского высшего военно-морского училища фотографии училищного начальства того времени, когда я там учился. И среди них незабываемую физиономию заместителя начальника училища по строевой части капитана второго ранга Самородного, из-за которого меня выгнали из училища. Впрочем, выгнать могли и раньше. История длинная, если захотите прочитать - наберитесь терпения.
       После первого курса училища я проходил практику на линкоре "Новороссийск" в Севастополе. Порядки на линкоре, бывшие отражением общих порядков в тогдашнем военно-морском флоте, убедили меня в том, что моё поступление в училище - серьёзная ошибка. Отношения между матросами и офицерами, а также между младшими и старшими по званию офицерами не предусматривали ничего человеческого. Я не такой представлял себе свою будущую жизнь.
       Вернувшись в училище после практики и отпуска, я решил уходить из училища. Начал законным, т.е. самым глупым образом - подал на имя начальника училища рапорт (заявление) об отчислении. Согласно воинского Устава, я подал его "по команде", т.е. начиная с моего командира роты. Он мой рапорт порвал. Я написал другой, и пошёл к более высокому начальнику - с тем же результатом. Добрался таким образом до адмирала, начальника училища. Добился только того, что он пообещал упечь меня на несколько лет в дисциплинарный батальон ("дисбат"), т.е. в военную тюрьму за ОТКАЗ от воинской службы. Хотя я от службы вовсе не отказывался, а только просил перевести меня матросом во флот, чтобы отслужить срочную службу, и после демобилизации поступить в институт. Я всем говорил, что офицером быть не хочу, и им не стану, что бы со мной ни делали.
       В конце концов мне стало ясно, что законным образом они меня не отпустят. Их заботила конечно вовсе не моя судьба, а их собственная задница. Для отчисления курсанта из училища нужно разрешение начальника всех военно-морских учебных заведений, а он спросит нашего адмирала - что там у вас за демократия такая, что вы взяли и отпустили на свободу круглого отличника с образцовой дисциплиной? Только потому что ему этого хочется? Так наверное если дать волю, с первых курсов уйдут многие сообразившие, что попали не туда. Притом не самые худшие.
      Я решил изменить тактику. Раз им нужен в моём лице неуспевающий и недисциплинированный курсант, они его получат. Снизить собственную успеваемость мне удалось не сразу. Оказалось, что прикидываться дурачком - это вовсе не так просто. По части нарушений дисциплины тоже не везло. Надо было это делать очень аккуратно, чтобы действительно не попасть в дисбат, а по мелочи я хоть и нарывался на неприятности, но у кого их нет? Отделывался мелкими наказаниями вроде лишения увольнения или внеочередного наряда на чистку картошки в столовой. Но мой "имидж" в глазах училищного начальства потихоньку приобретал отрицательный знак, а это было именно то, к чему я стремился.
       Между тем сильно изменилась общая ситуация в военном флоте. Хрущёв с характерным для него авантюризмом распорядился резко сократить число надводных кораблей, и сделать упор на атомные подводные лодки. Наметилось перепроизводство штурманов для надводных кораблей. Нас стали уговаривать перейти в училище подводного плавания. Тем, кто не перешёл, грозили демобилизацией сразу после выпуска. Для меня это было бы подарком, и я перестал "бузить". Немного успокоился, подровнялся с учёбой, особое внимание обращал на электротехнические и радиотехнические предметы, которые должны были пригодиться мне на "гражданке".
      Дотянуть до выпуска из училища мне не удалось. Меня выгнали меньше чем за полгода до него. Это произошло неожиданно. У нас в училище был курсантский клуб, и при нём кинозальчик на 250 мест. Так как кино показывали в дни увольнений, когда в училище было почти пусто, все желающие посмотреть фильм умещались в зале без проблем, и обычно хватало одного сеанса. Но в дни так называемых "карантинов", когда увольнение по той или иной причине отменяли, и все полторы тысячи здоровенных лбов маялись не зная куда себя девать, действовал особый порядок. Назначались 3 или 4 сеанса, на которые замполиты раздавали в ротах билеты. У входа в кинозал маячил дежурный по клубу (обычно старшекурсник), а в дверях зала дневальный из числа младшекурсников проверял у всех билеты и впускал в зал. Ещё двое дневальных рассаживали всех по местам в соответствии с билетами, и следили за порядком в зале.
      В тот злочастный вечер я был дежурным по клубу. Всё шло нормально до последнего киносеанса. Перед последним сеансом ко мне подошли человек 10-15 ребят, все из одной роты, и сказали, что их замполит ушёл домой, забыв раздать билеты. Его домашний телефон не отвечает. Как быть? Я сказал ребятам, чтобы отошли в сторону от входа в зал и подождали. Если будут свободные места, я впущу без билетов. За несколько минут до начала сеанса я стал на место дневального у входа, а его послал к киномеханику в будку с просьбой задержать начало сеанса ровно на пять минут. Велел двум дневальным в зале считать свободные места и кричать мне. Стал пропускать ребят по числу свободных мест. Естественно, они сгрудились у входа. И в этот момент чёрт принёс Самородного!
      Я его увидел первым поверх голов. Он стоял на лестничной площадке, и на его всегда самодовольной морде было написано крайнее изумление от явного нарушения порядка. Я заорал "Смирно!", ребята расступились, я подошёл к нему как положено строевым шагом, и стал докладывать, что происходит. Но он не собирался меня слушать. Разинул пасть, из которой понесло коньячком, и заорал: "Что ТЫ мне лепишь! Развёл бардак! Сдай дежурство дневальному и иди за мной!". Если бы он мне хотя бы не ТЫкал, я бы наверное сдержался. Но я не стал терпеть. Стянул с левого рукава "рцы", бело-синюю повязку дежурного, хотел бросить ему в его широкую красную морду, но мелькнула трезвая мысль - это уже определённо будет дисбат. Кинул ему в ноги и сказал "Дежурь сам". Обошёл его и пошёл к себе в роту. Самородный онемел, а ребята вообще превратились в столбы.
      В роте я прилёг на койку не раздеваясь, только отстегнул и поставил в стойку палаш. Думаю, всё равно спать не дадут. И в самом деле не дали. Несколько раз прибегал дежурный по роте: вставай, Басин, тебя Самородный к себе вызывает. Я не встал. Пришёл наш командир роты, его вызвали из дому. Перед ним я встал, но идти к Самородному всё равно отказался. Он ушёл, и больше меня до утра не беспокоили.
      На другой день утром командир роты сказал мне, чтобы я на занятия не ходил. Да я и без него знал, что с училищем покончено. Только сходил с его разрешения в учебный корпус, и забрал из своего письменного стола все книги. У меня их была полная тумбочка, своих и библиотечных. Библиотечные сдал в библиотеку, свои упаковал. Сдал постельное бельё и полотенца баталеру (вещевому кладовщику), собрал вещмешок. В обед в столовой зачитали приказ о моём отчислении. (Оперативно сработали! Приказ должен был подписать начальник военно-морских учебных заведений, а он аж в Ленинграде! Видимо, снеслись телеграммой).
      После обеда я взял в учебной части справку о прослушанных в училище несекретных предметах. В конце справки было напечатано "Отчислен от училища по недисциплинированности". Попрощался с ребятами. Старшина из числа срочнослужащих повёл меня во флотский полуэкипаж на другую окраину Баку. Это такой большой перевалочный пункт, где коротают деньки ожидающие назначения на новое место службы. Когда подходили к воротам училища, на краю плаца стоял Самородный, явно ожидая нас. Старшина к нему подбежал, доложился. Я остался стоять, где остановился. Самородный сам подошёл, сказал глядя в сторону, что если через год я надумаю продолжить учёбу в училище, он будет за меня ходатайствовать. Я поблагодарил и сказал, что это не понадобится.
      Я понимал, почему он стал таким смирным. Он был накануне вечером порядком пьян, и вся его хамская натура вылезла наружу. Свидетелями его грубости был добрый десяток человек, которые вряд ли выступили бы в его пользу, если бы было назначено служебное расследование - его откровенно не любили. Так что ему бы тоже не поздоровилось. Во всяком случае, у него были бы неприятности при продвижении в чинах. Возможно, он и так получил за меня втык от адмирала, потому что своё хамство он проявлял не в первый раз. Но для меня это уже не имело значения.
      А в общем, всё что ни делается - всё к лучшему. Я после этого прослужил матросом чуть больше года. Потом мне представилась возможность сдать экстерном экзамены (общим счётом 14) на штурмана малого надводного корабля, мне присвоили звание младшего лейтенанта, и уволили в запас. Тёплым весенним днём 23-го марта 1957 года я поехал из Баку домой в Сухум, к родителям. Всё хорошо, что хорошо кончается.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments