Юрий Басин (yuri4z5lf) wrote,
Юрий Басин
yuri4z5lf

Categories:

М. Веллер, "Маузер Папанина"

      Рассказ задевает память о людях по-настоящему достойных. Неподготовленный читатель (а таких сейчас большинство) может подумать, что в нём на полном серьёзе изложены факты, реально имевшие место во время знаменитой полярной экспедиции 1937 года на Северный полюс. Интересующиеся историей этой экспедиции могут прочесть увлекательные, многократно переиздававшиеся книги её участников: руководителя И.Д.Папанина "Лёд и пламень" и радиста Э.Т.Кренкеля "RAEM - мои позывные". Веллер тоже вполне мог бы прочитать эти книги, и поднять уровень своих представлений о предмете собственного рассказа хотя бы ненамного выше нуля. Но Веллер не читатель, он - писатель.
      Рассказ начинается характерной для Веллера эпической фразой: "Hа Кyзнечной площади, yгол Кyзнечного и Маpата, стояла цеpковь. Она и сейчас там стоит...". Хочется спросить: если и сейчас стоит, то почему "стояла". Временно куда-то отлучалась по своим церковным надобностям? Впрочем, не буду отвлекаться. Далее Веллер пишет, что в этой церкви помещается мyзей Аpктики и Антаpктики.

      Веллер: "В зале под сводом висит самолет-разведчик Р-5 знаменитого некогда полярного летчика Бориса Чухновского".
      На самом деле там всегда был выставлен самолёт-амфибия Ш-2 конструкции В.Б.Шаврова. Самолёт находился на "Челюскине" (1933-34 гг.) как ледовый разведчик. Пилотировал самолет пионер полярной авиации М.Бабушкин.

      Веллер: В музее "...можно yвидеть чёpнyю многослойнyю палаткy с белой надписью по низенькой кpыше: "С.С.С.Р."; а по дpyгомy скатy: "Севеpный полюс-1".
      Вот описание палатки из http://www.museum.ru/C7261: состоит из каркаса, на который натянуты два чехла: наружный брезентовый и внутренний шёлковый. На боковых наружных стенах буквами из перкаля нашита надпись: "СССР Дрейфующая экспедиция Главсевморпути 1937" и пятиконечные звезды, серп и молот. К палатке пришнурован тамбур.
      А вот как эту палатку описывает Кренкель: "... черный брезент, пропитанный водоотталкивающим составом, и надпись: "СССР. Дрейфующая экспедиция Главсевморпути 1937 года". С торцовой части домика - серп, молот и звезда."
      Как видите, ни о какой надписи "Севеpный полюс-1" ни в музейном описании, ни у Кренкеля речи нет. Никто в то время не планировал последующие экспедиции на Северный полюс, поэтому назвать её "Севеpный полюс-1" не могли. Это название появилось позже, когда дрейфующие полярные станции стали организовывать регулярно.

      Веллер: "Это подлинная палатка, в которой ШЕСТЬ МЕСЯЦЕВ дрейфовала на плавучей льдине первая советская экспедиция к полюсу." (выделил я).
      На самом деле в музее выставлена копия палатки с вырезанным скатом (тем самым, на котором у Веллера написано "Севеpный полюс-1") для того, чтобы можно было видеть её внутреннее устройство.
      Экспедиция высадилась с самолётов на полюсе 21-го мая 1937 года, а была закрыта 19-го февраля 1938 года, т.е. длилась не ШЕСТЬ, а ДЕВЯТЬ месяцев!

      Веллер: "Иван Папанин [...] был мужик простой и незамысловатый, комиссарского сословия, и занимал ответственнейший пост начальника Главсевморпути."
      На самом деле Папанин был в то время начальником Управления полярных станций Главсевморпути, а начальником Главсевморпути с 1932 по 1939 год был академик О.Ю.Шмидт.

      Веллер: "А радистом СП-1 был знаменитейший тогда Эрнст Кренкель [...]. Подменять его было некому, исправность и ремонт рации лежали на нём же, - можно себе представить ответственность и постоянное нервное напряжение. Скиснет рация - и хана полярному подвигу."
      В состав оборудования экспедиции входили два комплекта радиостанции - основной и запасной. Запасная станция не понадобилась, основная работала безупречно. Подменять Кренкеля тоже было кому. Метеоролог Е.К.Фёдоров, будущий академик и Председатель Госкомгидромета СССР при необходимости прекрасно справлялся с передачей метеосводок по радио.

      Веллер: "Но имели у него, к сожалению, и два недостатка. Во-первых, он был немец, а во-вторых, беспартийный." (так и написано: "имели у него два недостатка").
      Насчёт того, что Кренкель был немец, сомнений нет. Но в 1937 году это было не предосудительно. Между СССР и Германией налаживалось партнёрство в торговле, технической и военной области, а в 1939 году между странами был подписан дружественный пакт. После челюскинской эпопеи, прославившей радиста "Челюскина" Эрнста Кренкеля и радистку посёлка Уэллен на Чукотке Людмилу Шрадер, на экраны вышел знаменитый фильм Сергея Герасимова "Семеро смелых" (1936), где радиста зимовки звали Курт. Смешно было видеть на экране огромную и нелепую радиостанцию, как её представлял себе режиссёр, но имя, облик радиста (артист Жаков) и неизменная трубка во рту - это поклон в сторону Кренкеля. Именем Кренкеля был даже назван один из волжских пароходов!
      Теперь насчёт партийности: Кренкель после челюскинской эпопеи был принят кандидатом в члены ВКП(б), и партийный состав экспедиции на Северный полюс 1937 года был такой:
            И.Д.Папанин - член ВКП(б),
            Э.Т.Кренкель - кандидат в члены ВКП(б),
            Е.К.Фёдоров - член ВЛКСМ,
            П.П.Ширшов - беспартийный.
      Интересно после этого прочесть длинную цитату из Веллера.
      Веллер: "Даже на льдине советские люди должны были возглавляться партийной организацией. Минимальное количество членов для создания партячейки - три человека. И такая ячейка на льдине была! Это имело особое политическое значение. И секретарем партячейки был, конечно, сам Папанин. В эту низовую парторганизацию с неукоснительным порядком поступала закрытая политическая информация - только до сведения коммунистов. Беспартийный Кренкель принимал эти сообщения, ставил гриф "секретно" и вручал парторгу Папанину. А закрытую информацию надлежало обсуждать на закрытых партсобраниях. Папанин объявлял закрытое партсобрание - присутствовать могли только члены партии. Остальным надо было освободить помещение. Остальные - это был Кренкель. [...] И вот Кренкель, проклиная всё, рысил по снегу вокруг палатки, заглядывая в иллюминаторы - скоро ли они там кончат. Он тер варежкой нос и щеки, притопывал, хлопал руками по бокам, считал минуты на циферблате, и про себя, возможно даже, говорил разные слова про партию и её мудрую политику. Они там сидели на нарах, выслушивали сообщение, выступали по очереди со своим мнением, заносили его в протокол, вырабатывали решение насчёт очередных врагов народа, голосовали, и составляли текст своего обращения на материк. А в конце, как положено, пели стоя "Интернационал". Спев "Интернационал", Папанин разрешал Кренкелю войти, вручал ему это закрытое партийное сообщение, и Кренкель передавал его по рации. Только человек гигантской выдержки и с чисто немецким безоговорочным уважением к любым правилам и инструкциям мог вынести полгода этого измывательства. А партийная жизнь в стране била ключом, и полгода Кренкель чуть не каждый Божий день бегал петушком в ледяном мраке вокруг палатки. Он подпрыгивал, приседал, и мечтал, что он хотел бы сделать с Папаниным, когда всё это кончится. Ловля белого медведя на живца была наиболее гуманной картиной из всех, что сладко рисовались его воображению. Через неделю умный Кренкель подал заявление в партию. В каковом приеме ему Папаниным было отказано по той же причине, по какой ему надлежало являться немцем. Не понять это мог только политически наивный человек, абсолютно не вникший в доктрины пролетарского интернационализма и единства партии и народа. Беспартийный немец Кренкель иллюстрировал собою на Северном полюсе многонациональную дружбу советского народа и нерушимую монолитность блока коммунистов и беспартийных. Так что все было продумано. И беспартийный немец Кренкель кротко вламывал, как лошадь, потому как метель - не метель, ураган - не ураган, научные исследования можно и отложить, - а вот без радиосвязи остаться никак невозможно. От дежурства же по готовке пищи и уборке помещения его также, конечно, никто не освобождал." (конец цитаты из Веллера).
      Смешно, правда? Прямо до икотки! Только непонятно, над чем надо смеяться: над деревянным языком Веллера или над его потрясающим невежеством. Это каким же нужно быть недоумком, чтобы считать, будто полярным летом в Арктике стоит "ледяной мрак"! И считать при этом нас, его читателей, всех поголовно, такими же недоумками. Однако продолжим.

      Веллер: "Папанин [...] на льдине немного скучал. А чем дальше, тем больше скучал. Научных наблюдений он не вёл, пищи, как начальник, не готовил, - он руководил."
      Как раз наоборот, Папанин был в экспедиции главным поваром, готовил один раз в день, но вкусно и сытно. И, по свидетельству Кренкеля, был постоянно занят поддержанием всего оборудования экспедиции в рабочем состоянии. Он всё умел. Прошёл большую трудовую школу, начал работать с двенадцати лет, освоил в совершенстве практически все рабочие профессии. Если бы не его универсальные трудовые навыки и трезвый хозяйственный подход к комплектованию оборудования экспедиции, она вряд ли была бы столь успешной. И даже, возможно, закончилась бы раньше времени из-за просчётов в её подготовке.

      Веллер: "Кренкель принимал по радио последние известия, аккуратно переписывал их и вручал Папанину. Папанин брал листок в руки и простым доходчивым языком пересказывал остальным его содержание."
      Кренкель: "Наш надёжный приемник - неиссякаемый источник радости и бодрости. Слова далёкой Москвы не теряли в пути теплоты и человечности. [...] Радио занимало в нашей жизни большое место. Мы отлично знали по голосам всех дикторов. Почему-то тут наши вкусы единодушно сошлись - наибольшими симпатиями пользовалась Головина. Её голос нам особенно нравился. Мы подсчитывали, когда она снова будет на дежурстве, и с нетерпением ждали этого часа, споря, можно ли по голосу определить, кто говорит - блондинка или брюнетка."

      Мне кажется, вполне достаточно. Правда, у Папанина действительно был в экспедиции его личный пистолет (и он об этом пишет), но уже зная, что при обращении Веллера с фактами "имели у него недостатки", можно предположить, что у Папанина не было избытка времени на его сборку-разборку. А если он его так виртуозно разбирал и собирал (одной рукой с завязанными глазами, как пишет Веллер), то как он мог стать в тупик от якобы подсунутой Кренкелем лишней железки? Любой человек, хотя бы раз в жизни разобравший и собравший домашнюю мясорубку, сразу обнаружит в ней лишнюю деталь.
      Я пытаюсь понять, зачем, чего ради Веллеру понадобилось так опаскудить память о достойных людях, настоящих героях своего времени? Думаю, что он принадлежит к сонмищу профессиональных обсирателей всех событий эпохи сталинского правления, взлелеянных Хрущёвым на народные деньги. Хрущёва давно уже нет, и больших денег за обсирание не платят, но эти специалисты по осквернению всех достижений того времени не могут остановиться, потому что больше ничего делать не умеют. И читательская аудитория с засранными мозгами у них тоже пока еще есть.
Tags: лытдыбры
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 16 comments